Домой Новости Актер Жигунов рассказал, как отказался учить французский у переводчицы на Нюрнбергском процессе

Актер Жигунов рассказал, как отказался учить французский у переводчицы на Нюрнбергском процессе

26
0

Актер Жигунов рассказал, как отказался учить французский у переводчицы на Нюрнбергском процессе

Новая авторская колонка актера, режиссера и продюсера Сергея Жигунова написана в необычном для ФАН формате — это лирический очерк, посвященный советской юности автора, а также его размышления о «веке нынешнем», с реалиями, созданными пандемией COVID-19. Напоминаем, мнение автора может не совпадать с позицией редакции ФАН.

Как я не получил зачет по французскому языку. Колонка Сергея Жигунова

Моя профессия дает мне возможность увидеть себя много лет назад. Не могу сказать, что это радует, но абсолютно точно знаю, что тот человек, которого я вижу на экране, — это совсем не я. Не потому, что он выглядит лучше, — я про то, что у него в голове, и про мир, в котором он живет.

Когда я поступил в театральный институт, наш педагог по французскому языку, Ада Владимировна Брискиндова, женщина, носившая тюрбан и курившая на лекциях сигарету через мундштук такой длины, что Одри Хепберн узавидовалась бы до слез, на первой лекции произнесла что-то вроде:

«Кто считает, что ему не нужен французский язык, может положить зачетку на стол, и я поставлю ему зачет».

Ада Владимировна кивнула чеканным профилем и выпустила под потолок тугую струю отечественного дыма — иностранных сигарет тогда еще не было. Я всегда знал, как произвести впечатление на женщин, поэтому шагнул вперед и положил на стол зачетку. Французский язык был мне не нужен: в Афганистане шла война, за контакты с иностранцами по голове не гладили, выехать за границу, особенно в капстрану, было практически невозможно. Чуть позже двух моих однокурсников выгнали из института за валюту. Один (сын известного советского поэта) был женат на иностранке, и ему ничего не было, второго — посадили на пять лет за 80 финских марок.

… в общем, Ада Владимировна, которая была переводчицей на Нюрнбергском процессе и видела Гиммлера, посмотрела на меня так, как будто я был Борман, который на этот процесс не явился.

То была страна всеобщего образования и бесконечного количества инженеров. Каждый второй шедший навстречу по улице человек однозначно был инженером, и французский язык, конечно же, был крайне необходим, куда ж без него…

Потом мы к чертовой матери развалили эту страну, потому что хотели как лучше. Какие-то занавесы падали, в Чечне шла война, Союз кинематографистов выбрал своим руководителем крайне прогрессивного Никиту Михалкова. А ко мне как-то заглянул руководитель отечественных каскадеров Саша Иншаков, который, усаживаясь в кресло, взгромоздил на стол здоровенную армейскую рацию с антенкой, трубочкой и шнурочком. Это был первый мобильный телефон, который я увидел. Как же эта штука потом перевернула нашу жизнь… Но не тогда, конечно, а потом.

А пока это была страна, в которой появился тоже очень прогрессивный телеканал НТВ, вышедший на частоте канала «Российские университеты». Впоследствии у НТВ в результате несложных административных трансформаций появился флагманский сериал «Мухтар» и самая преданная и обширная аудитория — охранники супермаркетов. Инженеры, видимо, умерли от голода, их место заняли охранники в черной униформе — люди с неоднозначным прошлым и непростой судьбой. Так бы мы и жили в стране бесконечных ЧОПов, наблюдая, как трехлетние дети раздвигают пальцами оконное стекло, пытаясь приблизить сидящую на рябине синичку.

Актер Жигунов рассказал, как отказался учить французский у переводчицы на Нюрнбергском процессе

И тут снова грянуло. В Крыму, где я пишу эти строки, аборигены говорят «пиар-код» — в этом что-то есть. В детстве я учил древнегреческий алфавит — мю, ню, кси, вот и омикрон… Оказалось, что можно работать, не ходя на работу. И совсем не обязательно ездить на совещания, часами стоя в пробках. И еще можно не ходить в кино. Я вообще не уверен, что кинотеатры переживут какой-нибудь эпсилон. Не очень нужны парадные туфли, а для ZOOM нужен только верх, и неважно, где ты находишься, — был бы интернет. И еще можно заказать, и тебе принесут все на борщ, а еще кастрюльку, тарелку, ложку, соль и перец — и все это будут разные люди, каждый из которых появится с интервалом в пять минут — обязательно в маске и обязательно с азиатскими глазами. Курьеры. Не знаю, кто сейчас охраняет супермаркеты, но теперь у нас страна курьеров.

«Курьеры, курьеры, курьеры… Можете представить себе, 35 тысяч одних курьеров!» — кажется, Николай Васильевич [Гоголь] был великий провидец, или все повторяется.

В общем, давайте зафиксируем момент. Мы живем в стране с неясными перспективами международных банковских переводов, газом по цене черной икры, некоторым оживлением на южных границах, а в качестве символа стабильности выступает все тот же Никита Сергеевич.

А ведь есть еще Uber. Если бы о его появлении догадывался тогда проректор по учебной работе, отечески выговаривавший мне за отказ учить иностранный язык, он бы, желая мне добра, непременно бы произнес:

«Серега, учи таджикский, очень пригодится в жизни».

… Ах как же оглушительно пламенели тогда в тишине проректорского кабинета мои 18-летние уши.

Еще больше интересных историй в официальном Instagram Сергея Жигунова.


Данная статья является исключительно мнением автора и может не совпадать с позицией редакции.